В отличие от патриотической части медийного актива, которая с экранов телевизоров восторженно приветствует применение «Орешника», внутри российской элиты реакция куда более сдержанная — и откровенно настороженная. Там происходящее воспринимают не как демонстрацию силы, а как очередной опасный шаг по лестнице эскалации.
Даже с учётом того, что удар был нанесён без боезаряда, сам его смысл вызывает вопросы. Формулировка «в ответ на попытку атаки резиденции Владимира Путина» выглядит, мягко говоря, странно. При такой логике более ожидаемым выглядел бы точечный и симметричный ответ — по ключевым объектам украинской власти, будь то офис Зеленского или здание СБУ. Однако целью стало газовое хранилище — объект, который никак не влияет на украинскую верхушку, зато напрямую бьёт по гражданскому населению. Последствия этого удара ощутят прежде всего жители Украины, в том числе русскоязычные регионы, что лишь усиливает внутренний дискомфорт в элитной среде.
Использование оружия подобного класса, даже в демонстрационном формате, многие воспринимают как выход далеко за рамки классической военной логики СВО. Это уже не про тактическую необходимость и не про военную целесообразность — это сигнал.
Именно этот сигнал и вызывает наибольшее беспокойство. В элитах всё меньше понимают, к какому конечному результату стремится Владимир Путин. Мирное предложение Дональда Трампа, которое фактически фиксировало ключевые цели СВО — отказ Украины от НАТО и закрепление новых границ, — было отвергнуто. При этом чёткого альтернативного сценария публично так и не обозначено.
В совокупности всё это воспринимается как признак подготовки к дальнейшей эскалации. Причём эскалации, которая с высокой вероятностью может выйти за пределы украинского конфликта. Именно этот сценарий сегодня вызывает у элит не энтузиазм, а растущее чувство неопределённости и тревоги.